Автор: Маир Пашаев
ПАРАДИГМЫ МЕТОДОЛОГИИ.
Михаил Чернышов предлагает другую «парадигму», согласно которой сперва нужно разработать доктрину и концепцию, что институциональные реформы и культура важнее, чем стратегический план. Институционализм всегда актуален, сегодня и в стране, и в республике сверхактуален, но хотел бы заметить, что институциональные реформы нужно проводить в процессе развития. Культура бы нам тоже не помешала, но раз требуют разработку стратегии и дело идет к заключительному этапу, концепция «Урбэкс-развитие», по моему мнению, нуждается в некоторых изменениях в соответствии с ситуацией и интересами республики. Столь объемной и качественно структурированной работе нужны новые подходы к категориям «стратегия» и «планирование».
Если согласно «Урбэкс» «ни фронтальная, ни стратегия ключевого звена не дадут значимого результата»,то следует ли ожидать результат от предлагаемой «структурно- функциональной реорганизации управления»,«делая движение к улучшению жизни»? «Ставки на малый бизнес»? «Структурно-функциональной настройки органов власти»? Не думаю, что для «реорганизации», «улучшений», «настройки» нам нужна стратегия. Кроме того, в методологии и концептуальных подходах к разработке допускаются некоторые ошибки. Например, стратегия и стратегическое планирование - не одно и то же, почему-то их путают, смешивают. Стратегия вырабатывается для выбора поведения и определения правильного направления движения. Стратегическое планирование – система решений, мер, действий для проектирования и достижения желаемого будущего. Стратегия, если это на самом деле стратегия, должна потрясать основы настоящего. Новая стратегия должна произвести «надлом» на уровне сознания, психологии поведения и организационно-управленческих подходов. Потому что просто тактика изменений и пошаговых улучшений, даже подкрепленная инвестициями, в определенный момент приведет к «яме».
Нам нужны понятные шаги (даже антикризисные меры), более приземленные ориентиры, реально включаемые в планирование. «Урбэкс» признает оторванность республики от цивилизационных трендов, неадекватность реакции на некоторые из них, но пытается привить эти же тренды экономике республики, считая их внешними факторами развития. Не исключая саму необходимость ориентации на них, мне кажется, для стратегии республики более полезны рыночные и потребительские тренды. Например, будут полезными новые возможности в соответствии с новой конъюнктурой на мировом продовольственном рынке, также изменениями в структуре спроса. Платформой для стратегии должны быть новые идеи. Мысль, идея первичны, стратегия и планирование вторичны, новое поведение и правильное направление движения важнее, чем ресурсы и возможности. Нет новых идей – нет стратегии. Нужны как новые идеи, так и новые решения, а в предлагаемых документах их нет. Сегодня всевозможные варианты видений, доктрин, концепций, стратегий регионов, а также механизмы реализации, находятся в открытых источниках. Разница может быть только в поведении, компетенциях, в новых идеях для конкретной экономики в конкретной ситуации, в новых решениях проблем. Например, рассматривают АПК как приоритет, но никто не знает, каким образом он может им стать реально, какие идеи, решения для этого нужны. Между тем, сельскохозяйственное производство становится одним из высокотехнологичных бизнесов. Говорят об инновационной экономике, когда теряем и науку и базовую для освоения новых подотраслей промышленность.
Нужны по настоящему стратегические изменения в недрах бизнеса, имеющие креативную, инжиниринго-маркетинговую природу, создающую новую платформу бизнеса. Нам предлагают стандартные варианты стратегий, которые к тому же разработаны в более благополучный период. Документ называется «стратегия развития», а в приоритетах показатели роста. Что касается SWOT-анализа, то категории «безработица» и «теневая экономика» попали в раздел «угрозы» (скорее, это возможности), а из анализа выпали «политические риски», «экологические риски», риски «коррупция», «казнокрадство». Или их нет? Разделы SWOT-анализа раздуты до невозможности, что делать нельзя категорически. В документах нет анализа альтернатив, именно поиск альтернатив способствует эффективности инвестиций, так и определяет структуру будущей экономики. Вкупе с неопределенностью приоритетов, что имеет место («Урбэкс» озабочен этим), мы в будущем можем получить нежелательную диспропорцию. Структура экономики - категория серьезная и крайне инерционная. Сам анализ должен быть проведен на основе исследований, а не на базе сомнительных данных статистики.
«Урбэкс» предлагает зонирование и кластерный подход, которые применяются для специализации, лучшего стоимостного строения, повышения конкурентоспособности. Но создание кластеров возможно только при наличии коммуникативности у собственников, психологии интеграции и стремления к кооперации. Ничего подобного в республике нет, а есть другие «кластеры». Для кластеров и конкурентной политики очень важны две категории, они маркетинговые – создание ценности и брендинг региона. Бренд региона не может быть создан с помощью фильмов и выставок, он должен основываться на создании ценности, конкурентных преимуществ, предлагать реальные выгоды, иметь деловую репутацию. Не могу не заметить слабость маркетингового обеспечения представленных документов в целом.
Дело еще в том, что авторы считают движущими силами («драйверами») реализации стратегии ресурсы, возможности, факторы развития, приоритеты, хотя на самом деле это новые знания, новые технологии бизнеса, компетенции, целевые рынки, покупатели, спрос в долгосрочном периоде. Важно знать, что создает денежные потоки в будущем? Как устроена система продвижения товаров от производителя до потребителя? Почему одни товары покупают, а другие нет? Иначе будем строить социализм, пока не кончатся деньги. На какие рынки ориентируется производство? Предлагаемые приоритеты внутренне ориентированные и не подразумевают массовое производство с высокой добавленной стоимостью. Ведь если рассматривать республику как «холдинг», то внутренние сделки не приносят холдингу денег. Очень часто упоминается призрачная конкурентоспособность (дань моде) республики. По отношению к кому? По каким параметрам? Кто конкуренты? А сами «конкуренты» знают об этом? Может, первичны конкурентные преимущества? Конкурентоспособными могут быть только предприятия (отрасли), товары, торговые марки. К экономике стран на национальном уровне категория применима, но это обособленные развитые уровни, должны быть определенная специализация, достаточная представленность на глобальных рынках, сопоставимые параметры, да и собственно, прямые конкуренты. Пока у нас не будет состоявщейся развитой национальной экономики, с отраслями представленными на глобальных рынках, пока не проведены институциональные преобразования, об использовании категории «конкурентоспособность республики» не может быть и речи, тем более о пользе и выгодах, связанных с ней. Да никто нас и не рассматривает за своих конкурентов. Собственно сама по себе конкурентоспособность еще не означает успех. Для некоторых отраслей республики должны быть поставлены задачи выхода на массовые рынки, доминирования на профильных рынках России. Мы должны иметь реальные конкурентные преимущества и успехи в определенных нишах рынка. Возвратность вложений может быть обеспечена только привязкой к продажам в долгосрочном периоде, доминированием на рынке, созданием устойчивых денежных потоков.
«Урбэкс» должен учитывать, что мы разрабатываем стратегию республики в условиях, когда в республике нет даже ее компонентов: продуктовых стратегий, стратегий предприятий, новых знаний, стандартов корпоративного управления, стратегического видения у чиновников. Сегодня у стратегии нет готовой ауры, нет точек опоры, но замахиваемся на десятки лет. Сами горизонты планирования не могут быть одинаковыми для всех отраслей, а от дальних горизонтов в мире отказываются как от ошибочных. Не нужно путать планирование с прогнозированием, видением, доктринами, по ним заглядывайте хоть на 20-30 лет. Скорость изменений настолько высока, что оптимальными нужно считать скользящее планирование на 3-5 лет. И если мы в порядке эксперимента попросим руководителей предприятий и ведомств определить горизонты планирования для себя, то скорее получим совершенно разные цифры. Горизонт 2020 скопирован с стратегии страны, что есть вещи несопоставимые, как по масштабам, так и по задачам. Академики-экономисты РАН еще в феврале предложили долгосрочное планирование для России до 2014 года, что реально. Кстати, тогда же они в пух и прах разнесли ошибочную экономическую политику предыдущих восьми лет и предсказали скорый кризис.
Стратегия необязательно означает дальность, неопределенности сегодня слишком велики, чтобы заглядывать далеко. Целеполагание на дальние горизонты, чтобы иметь ориентиры и с целью моделирования, возможно. Чтобы устранить возможную коллизию между долгосрочными целями и среднесрочным планированием, достаточно применять прием «обратного движения», двигаясь от целей к ресурсам и возможностям, подчиняя их целям. Причем движение к цели есть не прямая, а гибкая («пунктирная») линия с возможными отклонениями в разных плоскостях, но выдерживающая вектор цели. В заключении «критики» несколько слов по сценариям развития. Как сказал В.В.Путин, «изменение внешних факторов таково, что строить приемлемо правдоподобный сценарий трудно». Сегодня должен быть один сценарий под условным названием «сценарий здравого смысла». С учетом сегодняшнего кризиса нет уже надежды ни на инвестиционный сценарий, тем более инновационный, предполагающий огромные расходы на технологический прорыв. Мы должны вооружиться маркетингом и быть готовыми к «бизнесу без инвестиций».
БОГАТЫЕ МЫ.
Я не имею ввиду те данные, которые статистика выдает нам вместо достоверной точки отсчета. Оставлю эту «мелочь» и позволю «лирическое» отступление в реальный сектор республики, всего лишь тезисно. Коньячная подотрасль, которая доминировала на рынке полвека, столкнувшись с конкуренцией, тут же потеряла позиции. За последние 10 лет доля рынка снизилась с 75% до 20. И это имея два «бренда», которые так ими и не стали. Потому что бренд – имя выжившее. Еще раннее рухнула отрасль консервная, сегодня ее позиции на рынке в пределах статистической погрешности и потеряны надолго. Минсельхоз каждый год докладывает о рекордных сборах урожая овощей, консервщики жалуются на отсутствие сырья. Потенциал рекреационных ресурсов республики с учетом берега Каспийского моря – крупнейший в мире, а мы ищем возможности, не забыв предварительно продать сам берег. Стоимость незаконно выбираемой ежегодно Азербайджаном объема воды из р.Самур больше стоимости ежегодных объемов добычи нефти в Азербайджане, а мы ищем ресурсы. Ценнейший ресурс – способность к ремеслам, которая накапливалась тысячелетия, исчезает на глазах одного поколения. Поддерживали бы мы их в свое время, быть может сегодня их совокупная «капитализация» была бы выше, чем у «Газпрома» (упала, кстати, в 5 раз), и не вымирали бы села. Восстановление кутумного стада в дельтах Самура и Сулака важнее, чем весь ремонт в чиновничьих кабинетах вместе взятый ВПК России уже несколько лет на подъеме, получая невиданных объемов финансирование и заказы, а наш «впк» ждет у моря заказы.
Весь мир в панике от дорожания продовольствия, в республике из года в год все больше с/х земель выходят из оборота. Мы говорим об индустрии стройматериалов, а идет неприкрытый грабеж сырья теневиками. Каждый год докладывают о десятках тысячах созданных рабочих местах, а безработных становится больше. Где только не ищем приоритеты, уже до космонавтики дошли, а создание рабочих мест так и осталось графой для «галочки». Что полмиллиона безработных могут выработать дополнительного регионального продукта на 100 млрд рублей в год, никому дела нет. А что они же будут тратит свои доходы, сравниваемые с годовым бюджетом республики, на внутреннем рынке, тем более не интересно. Из 100.000 тонн винограда в Европе производят продукцию на несколько млрд. долларов, мы на несколько млрд. рублей. Вино нам вообще делать не стоит, по всей республике продается осетинское вино. Говорят, там случайно посадили виноград на двух квадратных метрах. Самый популярный в республиканских кафе «продукт» - противнейший китайский кетчуп в тюбике. Видимо, нет у нас помидоров. Дети не кушают натуральный сыр, думая, что настоящий сыр – «голландский». Кстати, тему лакцы подхватили вовремя и хорошую, хотя «бренд» желательно поменять. Если перевести производимую в республике за год шерсть в ковры, получается ковров на 500 млн. долларов, а если в костюмы – 2 млрд. долларов. А шкуры этих же баранов, видимо, стоят еще дороже, но в Турции. Площадь республики считается равным 50 000 кв. км, хотя площадь поверхности гор в несколько раз больше. Информация для тех, кто может считать, что горы нам немножко мешают. Глобальное потепление для Америки плохо, а нам в горах позволит выращивать что угодно. Так что вперед (или назад?), в горы! Кому не хватает площади, есть еще площадь акватории Каспийского моря. Освоим грамотно его нефте- и биоресурсы, так может больше и работать не нужно будет? Памятники древности мирового значения, находящиеся на прародине белого человека, кавказской расы, и, соответственно, их же языков, стоят дороже, чем богатства этих же белых людей (дороже для них, конечно). Должен же каждый из них хоть раз в жизни побывать на своей прародине! Здоровый генофонд трех миллионов дагестанцев стоит еще дороже (пока нет точной оценки, но уже в мире к таким вещам прицениваются, по секрету скажу, что это триллионы долларов). Богатые мы, богатые.
СТРАТЕГИЯ РЕСПУБЛИКИ
Проектирование желаемого будущего есть продукт сознания, воображения, учитывающий опыт прошлого, знание настоящего. Т.е. мы не знаем точно, куда идем, но точно знаем, от чего уходим. Поэтому не можем знать, куда придем, но должны знать правильное направление движения и «архитектуру» пути. Для этого нам нужны: а) стратегия, как правильное направление движения; б) стратегическое планирование, как распределение сил в соответствии с «артхитектурой» пути и установленной дистанцией. Не думаю, что стратегия может быть коллективным продуктом, как утверждает «Урбэкс». Если мы для разработки стратегии соберем 5 человек, то получим плохую стратегию, а если 10 – то очень плохую. Стратегия на уровне парадигмы должна быть единой, пусть это будет «парадигма Чернышова», «пардигма Самарцева» или «парадигма Пашаева». Это возможно, если отличать стратегию от стратегического планирования. Стратегию на основе новых идей и новых знаний, в русле идеологии изменений, согласно которой лучшие изменения те, которые назрели. Эти изменения не могут быть дальними, они должны происходить не в хвосте шлейфа рыночных и цивилизационных трендов, а в орбите обусловленных ими новых потребностей и меняющейся структуры спроса. Но прежде, чем менять саму реальность, нам надо изменить наше представление о ней. Нам нужно точно знать, в чем наша уникальность, отличие от других, знать точки отличия. Мы должны более бережно относиться к своему прошлому, оценить настоящее и двигаться к достойному будущему в правильном направлении. Сегодня налицо потеря связей с прошлым, утрата традиций и своей естественности, инстинкт воспроизводства поколений ослаблен настолько, что не дает нам веры в будущее. Сегодня не мнимую «конкурентоспособность» нам надо проповедовать, а свою уникальность и отличия, тем самым получать превосходство и уходить от соперничества. У нас нет достаточно ресурсов и сил, чтобы ввязываться в конкурентные войны, идти в лобовые атаки. Новая стратегия – всего лишь вера в достойное будущее, подкрепленная знаниями и ресурсами. Чем больше сегодня хаоса и проблем, значит, тем больше у нас возможностей. Стратегия призвана в помощь, чтобы выстроить в системе порядок, новое достойное будущее. Надо всего лишь в нее поверить, ибо принимаем мы ее вместо утраченной веры в будущее.
Для отраслей, имеющих уникальность и отличия, должна быть поставлена одна задача-цель: занять лидирующие позиции в определенных отраслях России, доминирования. Мы не должны искать свое место среди субъектов федерации в седьмом или восьмом десятке. Такой «рейтинг» нам не нужен. Нашей «цивилизационной парадигмой» может стать понимание того, что мы находимся не на окраине России, а в центре великой Евразии. Надо осмотреться вокруг и знать свои возможности в разных векторах, не теряя концентрацию на рынке России. Интеграция с соседними странами откроет новые возможности. У нас есть потребность ставить более амбициозные задачи. Для этого должен быть разработан и принят один главный документ – «Стратегия национального развития Республики Дагестан», включающий стратегию «на одной странице» и стратегическое планирование. И там не может быть места созерцанию мнимых ресурсов и возможностей, сказкам описательного характера, что у нас есть все и какие мы богатые (иметь ввиду на будущее можно). Не планы на основе этих созерцаний и сказок нам нужны, а планирование на основе конкретных экономических категорий и инструментов.
Нужны исследования, честный и детальный анализ ситуации, идентификация достоверной точки отсчета. На республиканском уровне не глубокая диверсификация сегодня нужна, которая распыляет ресурсы и силы, а концентрация. Нужен системный подход, но это не мешает найти стратегические направления, «локомотивы», к которым могут прицепиться «вагончики». Их нужно искать в точках эффективного приложения трех динамических сил – инвестиций, новых технологий, маркетинга. Задача стратегии – вычислить и обосновать подобные точки, инвестиции к ним начнут притягиваться сами. А для диверсификации вполне подходят уровни муниципальных образований. На этом уровне можно решать задачи создания рабочих мест (приоритет №1), «импортозамещения» и самообеспечения (приоритет №2), инкубации бизнеса с последующей продажей в частные руки, развития малого бизнеса вообще (приоритет №3). Базовой «экономической» основой стратегии должны быть анализ альтернатив и желаемая структура будущей экономики (а какая?), приоритет развития, а не роста (рост через развитие), ориентация на спрос в долгосрочном периоде (тренды покажут), конкурентные преимущества предприятий, мотивация людей. Погоня в последнее десятилетие за показателями роста и привела сегодня республику к отставанию в развитии. Необходимо в полную силу использовать нематериальные активы (приоритет №4). Без их задействования никакие производственные мощности и инвестиции республику не «вытянут». Это же относится к пониманию новых перспектив: инновационной экономики, «новой экономики», «зеленой экономики» (приоритеты №5).
Много споров вокруг определения приоритетов, я выделил приоритеты усилий. Предлагают в приоритеты и отрасли, и возможности, и факторы развития. Думаю, нужно временно выделить «за баланс» стратегии (не исключая из нее) отрасли, перспектива развития которых напрямую связана с финансированием из центра. Это транспортно-логистический и энерго-ресурсный кластеры, так как мы самостоятельно не решаем все вопросы по ним и не в состоянии их финансировать. Нужны они государству для политических и экономических перспектив, пусть финансирует и развивает их далее. Заодно платит республике за отвод земель, экологию, транзит, прочие нагрузки и риски. То же самое по возможному космодрому или другим проектам. Сегодня все поддается счету и в рамках межбюджетных отношений можно осущетвлять по ним взаиморасчеты. Проблема дотационности республики решится сама по себе. Нет смысла ставить их в приоритеты, мы их реально не тянем, это дает возможность сконцентрироваться на других проблемах и увеличить перспективы удачной реализации стратегии. И выгоды от них не такие большие, как кажутся. В таком случае остается определить 2-3 стратегических направления и 5-6 перспективных отраслей. Думаю, с учетом изложенных приоритетов и «забалансовых» кластеров их систематизация не составит труда.
ПОДХОДЫ К РЕАЛИЗАЦИИ.
Безусловными компонентами реализации стратегии должны быть новые знания, компетенции, новые технологии, лучшие товары, существующие и новые рынки, потребители, спрос, каналы сбыта, методы продвижения, торговые марки – все то, что послужит источником денежных потоков в будущем. Поэтому маркетинговое обеспечение стратегии должно быть безупречным. В этом плане много идей прикладного значения, меняющие природу бизнес-процессов и ориентирующих их на рынок, потребителей. При реализации стратегии очень важно взять «высокий старт». Та инвестиционная активность, которую мы видим в последнее время, крайне слабая и недостаточная. Иногда нам озвучивают совокупную мощность представленных и разрабатываемых проектов, но это далеко не равно реальным инвестициям. Инвестиционную активность нельзя усилить увеличением количества представляемых проектов. Сами проекты не должны штамповаться в одной конторе, как проекты ради проектов, а основываться на новых идеях, новых рынках, интересах инвесторов, иметь понятные критерии эффективности и реализуемости. Только так можно выйти на жизнеспособные в долгосрочном периоде проекты. И должны быть мегапроекты, не в смысле гигантомании, а в качестве системообразующих точек роста. В продолжении темы, возможно в следующем номере газеты, рассмотрим в качестве таких мегапроектов кластеры.
Сегодня нет ясности, из каких источников можно получить достаточно финансовых ресурсов, инвестиций. Определенно ясно, что должны быть и внутренние источники финансовых ресурсов для реализации стратегии. Такие источники в республике есть, они нуждаются в систематизации и инвентаризации, над ними нужно установить максимально жесткий контроль со стороны государства. Есть также много ресурсов, которые не попали в поле зрения конкретных проектов или используются субъектами теневой экономики. Нужна система аккумулирования и концентрации финансовых ресурсов, практика локального и пошагового инвестирования в проекты не принесет нужный результат. Учитывая и их крайне размытые основы конкурентоспособности, нужно быть готовым к неопределенности их позиций в будущем. Законы конкуренции таковы, что нужно доказывать свою дееспособность, конкурентоспособность сегодня, ежедневно, а не в неопределенном будущем. «Будущее не ждет, оно уже наступило». В том будущем нас ждет другая экономика, другая конкурентная среда и другие проблемы.
Для успешной реализации нужны более кардинальные решения. Необходимо добиться придания республике статуса Федеральной инвестиционной площадки и обеспечить достаточное финансирование, в т.ч. инвестиции под гарантии государства. А это возможно в случае, если мы представим хорошую стратегию, обоснуем ее реализуемость и возвратность вложений. Или мы собираемся положить стратегию в долгий ящик и опять клянчить деньги у центра? Такой подход дорого обойдется будущим поколениям, а все попытки сперва найти деньги, а потом пытаться их инвестировать, приведут к их пустой трате. Позиция центра в этом плане тоже меняется, Д. Козак недавно заявил, что «акцент делается на наращивание собственного потенциала территорий, а не на предоставление финансовой помощи».Сам бюджет республики должен быть подчинен задачам реализации стратегии.
Также нужно окончательно решить вопрос статуса республики в федеральном устройстве, во избежание рисков урегулировать отношения и проблемы по всему периметру. Государственный аппарат должен сконцентрировать усилия не на управлении реализацией стратегии, а на обеспечении законности, безопасной и комфортной жизни граждан. Необходимо понять, что существующие государственный аппарат, организационная структура и кадры не адекватны масштабу стоящих перед республикой задач. В государственном аппарате не должно быть одиозных фигур, преследующих свои меркантильные интересы. Нужно восстановить доверие бизнеса к власти и предоставить ему гарантии более высокого порядка. Нужна совершенно другого порядка
